Газета «Аргументы и факты»

Клиническая больница имени С. П. Боткина была построена на деньги фабриканта Солдатёнкова, а носит имя доктора, который не имел к ней никакого отношения, потому что умер намного раньше её основания.
Анекдот или нет, но ходили слухи, что никакой отмены крепостного права на самом деле не было, а это Козьма Солдатёнков всех выкупил, за всех заплатил и отпустил на волю. Во всяком случае широта натуры фабриканта Козьмы Солдатёнкова такой народной молве способствовала.

В здоровой местности
Козьма Терентьевич юность провёл, служа в отцовской лавке, потом, получив наследст¬во, страстно занялся самообразованием. Стал не только владельцем крупнейших мануфактур, но и книгоиздателем – десятки изданий, в том числе впервые «Отцы и дети» Тургенева, коллекционером – в его особняке на Мясницкой, дом 37, висели полотна Айвазовского, Иванова, Сильвестра Щедрина, «Лес» Шишкина (Солдатёнков был первым приобретателем этой картины).
И одно из самых значительных пожертвований на развитие медицины (более двух миллионов рублей) было сделано по его завещанию: «…На предмет устройства и содержания в Москве новой бесплатной больницы для всех бедных… без различия сословий, званий и религий под названием «больница Солдатёнкова». Умер Солдатёнков в 1901 году.

А в 1902 году, получив ¬деньги, город выделил около 12 гектаров земли на Ходынском поле, близ Петровского парка. По проекту Иллариона Иванова-Шица (одного из самых востребованных мастеров русского модерна) решено было построить двенадцать корпусов (двух- и трёхэтажных) на 505 больных. Революция 1905–1907 годов отодвинула начало строительства. Но в 1910 году построили, наконец, первый, инфекционный, корпус. Курировать строительство Врачебный совет при городском управлении поручил Фёдору Афанасьевичу Гетье. Он же стал и первым главным врачом новой больницы.
К 1912 году готовы были ещё шесть корпусов: терапевтический, хирургический, дифтеритный, скарлатинный, «для смешанной инфекции» и приёмный. А в 1913-м, накануне войны, сдали ещё три корпуса.

«Москва получила в дар грандиозное учреждение… Последовало торжественное открытие новой, устроенной по последним методам образцовой больницы… Больница эта была сооружена… вне города, в здоровой местности и составила гордость Москвы», – писал тогдашний губернатор. В честь «незабвенного» Козьмы Терентьевича Солдатёнкова на открытии выпили шампанское.

Студенты-медики стремились получить практику в этой больнице. В отчёте за 1911 год записано: «Стремление врачей работать при хороших госпитальных условиях так велико, что ещё задолго до открытия больницы главный доктор и старшие врачи буквально осаждались просьбами о допущении заниматься в Солдатёнковской больнице».
Корпуса стояли на расстоянии друг от друга 60–80 м, имели застеклённые веранды, выходившие в большой сад. Палаты были на шесть коек, но имелись и на одну: «для беспокойных и неопрятных». Для прогулок больным выдавались тёплые костюмы, часть пациентов выводили на проветриваемые веранды. Больные проводили там по несколько часов, лёжа на кушетках, завёрнутые в меховые одеяла-конверты.

В отличие от XIX века, когда в больницах и богадельнях кормили скудно, в новой Солдатёнковской больнице рацион подбирался в зависимости от возраста пациента и тяжести его заболевания. Из больничных отчётов 1911 года следует, что врачами «…выяснялись наи¬более желательные способы питания, устанавливались его нормы и вырабатывались наи¬более целесообразные меню».

Больничными правилами разрешалось посещение пациентов: «благотворно для больных, поддерживает душевную бодрость». Однако из-за низкого культурного уровня оказалось, что посетители «являются для больницы не только тяжёлым бременем, но нередко серьёзным злом». Посетители являлись в грязной одежде и обуви, садились на постели, приносили еду и спиртное. Санитарно-гигие¬нические правила на рубеже веков были в новинку.

В Солдатёнковской больнице применялись новейшие методы лечения, анестезия, наркоз, асептики. Здесь работали лучшие врачи (что и отражено ныне в названиях корпусов больницы, мемориальных дос¬ках, бюстах). Терапевт Фёдор Афанасьевич Гетье – с 1919 г. лечащий врачЛенина и Троцкого. Владимир Николаевич Розанов, крупнейший хирург своего времени, заведующий хирургическим отделением, работал в больнице со дня её основания. Патологоанатом –Алексей Абрикосов, впослед¬ствии академик. (Кстати, представитель знаменитого рода, внук благотворительницы Агриппины Абрикосовой и отец лауреата Нобелевской премии 2003 г. физика Абрикосова). Постоянно консультировал в терапевтическом отделении больницы профессор Московского университета Василий Шервинский (медицинское светило тех лет), разбиравший наиболее интересные и запутанные случаи.

При терапевтическом корпусе больницы имелись водолечебница, светолечебница, отделение физиотерапии, клиническая и бактериологическая лаборатории.

Больницу для ознакомления с передовым опытом посещали представители мэрии Парижа, муниципалитетов Германии. Опыт перенимали как иностранные врачи, так и архитекторы, попечители благотворительных обществ.
С началом войны ритм больничной жизни изменился: стало поступать много раненых. В августе 1914 г. больницу посетил Николай II с дочерьми и великой княгиней Елизаветой Фёдоровной. Они беседовали с ранеными фронтовиками. Елизавета Фёдоровна подарила всем серебряные образки. Августейшие особы сфотографировались вместе с медицинским персоналом. Осмотрели рентгеновский кабинет, перевязочную, операционную, для которой Василий Солдатёнков, племянник основателя больницы, с началом войны приобрёл во Франции операционный стол новейшей модели для черепно-мозговых операций.

В каком положении оказалась больница во время революции, можно понять по воспоминаниямхирурга Владимира Николаевича Розанова (он оперировал в Солдатёнковской больнице Ленина после покушения Ф. Каплан). «Нам, работникам Солдатёнковской больницы, которая стоит за две версты от заставы, зима 1918/19 была очень трудна – и холодно, и голодно. Рядом с больницей был расположен так называемый Петровский огород. Получить этот огород для нужд служащих было крайне желательно, так как он был бы большим под¬спорьем. Особенно в смысле снабжения картофелем… Владимир Ильич не только быстро помог нам получить этот огород, но и потом не забывал про него все годы, звонил по телефону… «Товарищ Розанов, каков будет урожай?..»

В 1920 году Солдатёнков¬скую больницу переименовали. С тех пор все называют её Боткинской в честь выдающегося терапевта и клинициста Сергея Петровича Боткина. Но в 1993 году здесь всё же был установлен памятник Козьме Терентьевичу Солдатёнкову.

aif.ru